Повелитель мух
Утро наступило как и всегда. Пока Ольга торопилась собираясь на работу, Дашка громко посапывала в своей комнате, раскинув свои худые конечности по всей кровати с волчьей свинцовой головой у изголовья. А все потому, что сегодня она была выходная, так как работала через день. Но она все-таки поднялась, чтобы проводить Ольгу.
- Если хочешь, я сегодня опять могу отвезти и привезти Матвея из школы. Мы с ним неплохо поладили, так что мне не трудно, - предложил Дэн, когда Ольга завязывала в коридоре шнурки.
- Вот это было бы замечательно. Я твой должник, Дэн, - поблагодарила Оля, накидывая куртку.
- Да ладно, че там, - засмущался тот потирая шею, и ушел к своей недоеденной яичнице.
- Шш-шть, - тихо шикнула Дашка, облокачиваясь о перила и хитро зыркая на подругу.
- Что?
- Нравишься ты ему.
- Да иди ты... - усмехнулась Оля, и поправив сумку поспешила к выходу, пока Дашка опять что-нибудь не сморозила.
Рабочий день начался с привоза товара, который Ольге пришлось помогать раскладывать по полкам. В этой беготне прошло несколько часов, но уже к обеду все было рассортировано и разложено. Выпив чашку чая, девушка вернулась за кассу. В очереди стояли две бабульки, из которых обе были соседками. Увидев Ольгу, стоявшая впереди недовольно набычилась.
- Здрасьте, теть Лен, - бодро поздоровалась Оля и принялась пробивать ее продукты через кассу.
- Здравствуй, здравствуй, - с неким укором ответила та. Оля заметила недовольство в ее голосе и спросила.
- Что-то вы сегодня без настроения. Внуки не приехали?
- Зато ты прям вся от счастья светишься! - гаркнула неожиданно тетя Лена, весившая при своем росте в метр пятьдесят с хвостиком килограмм двести.
- Теть Лен, вы чего? - с искренним непониманием спросила Оля, закладывая продукты в пакет.
- Да ты тут дурочку-то не строй! Ишь, поганка! Еще и вид делает, что ничего не случилось! Значит привычное дело для тебя с мужиками забавляться, раз даже соседям в глаза смотреть не стесняешься! И правду Татьяна говорила, как есть - шкура! И не постеснялась под родного отчима ложиться! Тьфу на тебя! Вот и живи теперь на улице, как шавка, с этим позором на всю жизнь, дрянь ты такая!
Оля молча слушала слова женщины и заметила, как затряслись ее руки и колени. Тетя Лена орала так, что все присутствующие в маркете заохали, услышав такое резкое обвинение.
- Восемьдесят два пятьдесят, - сухо ответила Оля, боясь поднять глаза.
- На, подавись., - женщина швырнула на кассу сотню, и взяв пакет посеменила к выходу.
- Подождите, а сдача?
- Себе забери! Из твоих поганых рук и брать противно! А ведь сколько времени из них хлеб брала, позор!
Остальные клиенты, стоявшие в очереди разошлись по маркету, делая вид, что что-то забыли взять, незаметно переходя на другую кассу.
Оля стояла, как окаменевшая, и еле сдерживала неизбежные слёзы. В какой-то момент она дернула завязки передника дрожащими пальцами и, швырнув форму на кассу, забрала свои вещи в подсобке и покинула маркет. Только на улице она дала волю слезам, шагая бесцельно по дороге, как призрак. Некоторые прохожие шарахались от нее, приняв ее за наркоманку. Но Оле уже было плевать абсолютно на все. Медленно плетясь по дороге она даже не знала, что теперь делать. Хоть сквозь землю проваливайся.
Увидев невдалеке какое-то сомнительное заведение, она бессознательно шагнула в его сторону.
- Водки дайте, - прохрипела она матёрой тетке за прилавком.
- Хм, не рановато ли? - пробасила та, тряся своим двойным подбородком.
- Да даже поздновато, я бы сказала.
Через минуту перед ее носом выросла рюмка, полная прозрачной жидкости. Оля уставилась на нее и подумала, что совсем скоро сама она упадет в ту же пропасть, в которую упали ее родители. И однажды Матвейка скажет ей: "Мне стыдно, что у меня такая сестра". Да и пусть! Пусть делают и говорят, что хотят. Пусть втаптывают ее в грязь, сколько их душе угодно. Ей уже все равно...
Спустя два часа зазвонил телефон. Еле удерживая голову на плечах Оля потянулась к карману. Ей кто-то звонил. Как оказалось, Дашка.
- Але, Дашуль? Как делишки?
- Оль, ты где?
- Кто? Я? Эээ... в Раю, наверное, - еле контролируя язык ответила та, стараясь не свалиться с высокого стула.
- Оль, ты пьяная что-ли? Скажи мне, где ты? Со второй кассы Наташа звонила. Сказала, что у тебя был конфликт с какой-то женщиной и ты ушла из маркета никому ничего не сказав. Это правда? Тебя же уволят!
- Не-а. Не уволят, - заявила Оля. - Потому, что я сама ушла. Эх, Дашка... а нахрена мне эта работа, подумала я. Пойду-ка нажрусь хоть раз, как свинья. А че? Я не человек что-ли? Да и смысл теперь переживать, кто и что обо мне подумает? Я же шлюха теперь для всех! А это приговор, Дашенька.
- А ну-ка успокойся быстро!!! - проорала Дашка, насколько позволял ей от природы резкий голос. - Сейчас же говори мне, где ты? Ты не в этой ли убогой забегаловке за углом маркета, случайно?
- Случайно да.
- Так, все. Не уходи оттуда. Я отправлю Дэна, чтобы он забрал тебя.
- Да не надо мне никакого Дэна! Что привязались в самом деле... - еле выговорив возмутилась Оля. - Мне и так неплохо. Я бы даже сказала хорошо.
Но ее уже никто не слушал, потому, что Даша отключилась.
Через десять минут в заведение ворвался Дэн, предпочитая не снимать шлем. Оля даже не успела понять, когда и как ее стащили со стула и поволокли к выходу.
- Эй, а ну-ка отпусти, - пробормотала она.
- Шшш! - послышалось угрожающе из под шлема, после чего Дэн усадил девушку позади себя, и зажав ее руки под мышками, чтобы не свалилась, надавил на газ.
