Повелитель мух
* * *
Ольга спала в своей комнате беспробудным сном, и проснулась лишь в половине четвертого. И не разбуди ее адская головная боль, поспала бы еще часов так "дцать". Громко зевнув она сползла с койки и потерев ладонями лицо, обратила внимание на то, что была в футболке и спортивных штанах. Наверняка Дашка позаботилась, переодев ее в чистое. Тряхнув головой Оля поплелась к двери, чтобы попросить воды. На лестнице слышались чьи-то голоса. И один из них явно принадлежал Дашке.
- Даааш, - проскрипела та, ужасаясь своему голосу, который та где-то подорвала.
А хотя ее же тошнило накануне. Все еще чувствуя жуткую слабость и дрожь в коленях после отравления, Ольга решила спуститься вниз.
Одна за другой преодолевая ступени, она пыталась понять, о чем говорят внизу, но ее мозг сейчас упорно отказывался воспринимать реальность.
- Вот здесь у нас кухня, - перечисляла Даша, показывая новому жильцу помещение. - Конечно, не очень удобная, но зато чистая и просторная.
Тот послушно кивал, молча разглядывая газовую плиту и холодильник.
- Так, хорошо, - продолжала хозяйка дома. - А вот тут у нас располагается терраса. Летом здесь очень классно проводить время за завтраком, ну и вообще.
- Я понял, - пояснил тот с видом, как будто ему вообще плевать, что есть, а чего нет в этом доме.
В какой-то момент на лестнице послышался скрип ступеней, затем треск перил, а потом мощный грохот. Всю эту композицию завершал тихий стон, исходящий от распластавшейся на полу первого этажа Ольги. Присутствующие замолчали и обратили взор к бедолаге.
- Боже, Оля! - ужаснулась Даша и кинулась к подруге. - А позвать не судьба было?
- Я звала... - все тем же скрипом ответила Оля, позволяя Даше поднять себя с пола.
- Эх, бедняжка. Охрипла, - кряхтя от натуги Даша пыталась дотащить Олю до дивана, но сама она была ниже ее ростом, да и намного меньше в размерах, а потому и справлялась со своей задачей она на троечку.
- Не поможете? - обратилась она к стоявшему Баэлю, молча и спокойно лицезревшему эту не столь приятную картину.
Так же молча он подошел, и подхватив рукой измученное тельце Ольги, как ковер, отнес к дивану, опуская ее с той жесткостью, с которой экскаватор сбрасывает землю в яму. Рука Ольги при этом как-то неестественно выгнулась, грозя вывихом. Даша тут-же поправила руку подруги и недовольно посмотрела на горе-помощника.
- А поосторожнее нельзя?, Не дрова же таскаете, в конце концов.
В ответ Баэль лишь странно кивнул в бок и как ни в чем не бывало, продолжил осмотр дома, бурча себе под нос что-то похожее на песню.
- Вот ведь мужлан какой, - шикнула тихонько Дашка и склонилась над подругой. - Ты как? Болит чего? Может льда принести?
- Не знаю... я ничего не чувствую. Только голова болит... - промычала из под подушки Оля, даже не находя сил повернуть голову в нормальное, удобное положение. Но об этом позаботилась Даша, перевернув девушку и ровно уложив ее голову на подушку, после чего принесла стакан воды, поставила его и куда-то убежала, пообещав быстро вернуться.
- Даш, подожди... воды-то подай... - прохрипела Оля, но та уже убежала.
Блин. Горло настолько пересохло, что начало слипаться, затрудняя дыхание. Вытянув руку Оля потянулась за стаканом. Потратив на это добрую минуту, она наконец-то обхватила его трясущейся рукой и потянула к губам, но из-за трясущихся пальцев вода до рта даже не доходила, выплескиваясь через края.
Засмотревшийся в окно Баэль заметил ее попытки и нехотя шагнув к Ольге, выдернул стакан из ее руки и сам протянул его ей, принявшись поить ее. Издавая громкие всхлипы и пуская пузыри Оля пыталась хоть как-то напиться, несмотря на то, что было это крайне неудобно. Спускавшаяся с лестницы Даша, став свидетелем того, как Баэль с лицом мученика держит стакан перед губами Ольги и ждет, когда та наконец утолит жажду, невольно улыбнулась.
Заметив присутствие Дарьи он оторвал стакан ото рта бедной Ольги и поставив на край стола снова вернулся к окну, возле которого он пожалуй продолжит стоять, даже если на соседней улице произойдет ядерный взрыв. Заметив этот мимолетный жест заботы Даша снова улыбнулась краем рта и подумала "И что за человек. Можешь же, когда хочешь".
- Я тебе обезболивающее принесла, - объявила Даша, сев у ног Ольги, и протянув таблетку помогла запить.
Еще около часа девушка приходила в себя, пока не подействовало обезболивающее. А за это время Даша сообщила ей, что Баэль все-таки решил снять комнату. Но Оля почти не слушала ее. Точнее она делала вид, что слушает, но мысленно она все еще была в маркете, где ее морально уничтожили.
- Оль, ну ты чего? - Дашка тряхнула ее за плечо, заметив, что та ее не слушает.
- Да так. Задумалась.
- Так, все! Ну хватит уже хандрить, ё-моё!
- Даш, ты не была на моем месте. Я никогда в жизни не чувствовала себя так отвратительно. Это были вроде бы простые слова. А такое чувство, как будто я и правда такая, какой меня теперь все видят.
- Оля.
- Ммм.
- Оль, посмотри на меня.
Девушка подняла осунувшееся лицо с ввалившимися глазами.
- Оль, мы ведь обе знаем правду о случившемся, так?
- Ага.
- Ну тогда какого хрена ты тут нюни распустила? А ну-ка соберись уже! - не выдержала Дашка, поднимаясь на ноги и возвышаясь над съежившейся Ольгой. - Забей уже на каких-то тёток, которые нашли себе тему для обсуждения и чешут своими языками налево и направо!!!
Оля вяло кивнула, и положив подушку на колени, уронила на нее голову.
- Не слышу? - не отставала та.
- Да поняла я.
- Ну тогда забей в поисковике своих воспоминаний вчерашний день и удали его нафиг, вместе с резервной копией, и сконцентрируйся на том, что у нас намечается на следующей неделе.
- А что намечается? - Оля даже оторвала голову от подушки.
У Даши от такого неуважения к их традиции аж дыхание перехватило.
- Эх, Горькая! Ну и дубина же ты! Со своими алкашами про все уже забыла! А как же наша ежегодная "неделя безумия"?
- Как? Уже? Так быстро?
- Ну здрасьте! Начало мая же!
- И правда, - Оля немного оживилась, что несказанно обрадовало Дашу. Плюс ко всему, голос ее стал приходить в обычное состояние.
- Может хоть теперь все эти дурные мысли у тебя выветрятся?
- Ну, не знаю... - Оля отвернула голову.
- Это что еще за "ну, не знаю"??? Оль, хватит уже о предках своих думать! Они о тебе хотя бы разочек подумали??? Этот кобель Костя если и думает о тебе, то только своим детородным органом. Пойми уже, на тебя давно уже все забили. А твоя мать, прости за откровенность, вообще забила на тебя еще в день твоего зачатия. Единственное исключение, это твой отец. Дядя Юра - хороший человек.
- Даш, ну не могу я не думать! На кону судьба Матвейки. Я-то ладно, а ему жить с этим. А если в школе кто-то из одноклассников узнает про меня? Будут обзывать и говорить, что у него сестра шл...
- Так, все! - рявкнула Даша, начиная злиться.
Она нахохлилась, и расставив руки по бокам и став даже визуально выше, посмотрела на Ольгу и угрожающе сказала.
- Дорогая моя... а почему ты так уверена, что Матвейка позволит им такое говорить? И он, и мы все знаем правду. И поверь мне, очень скоро и твоя мамаша это поймет. Тогда все встанет на свои места. А до тех пор, если тебе так хочется о чем-то думать, думай о Матвее. Потому, что у него кроме тебя больше никого нет. Равно, как и у тебя, кроме него. Ты должна быть сильной и не давать слабину хотя бы ради него. Оль, вот увидишь, все наладится. А пока..., гуляй рванина!
- Ну и скажешь! - не сдержалась от смеха Оля и запустила в Дашку подушку.
- Вот видишь, как быстро мои слова на тебя подействовали! - обрадовалась та и потерла ладошки в предвкушении. - Ну что? Мутим план на предстоящую недельку?
- А куда деваться? - согласилась та, чувствуя, как вся негативная энергия мистическим образом начала улетучиваться, пока полностью не растворилась.
