Журнал Планета Эзотерика
Назад

Рассказы о вампирах Европы 18 века

Опубликовано: 21.09.2022
Время на чтение: 1 минута
0
4

Рассказы о вампирах Европы 18 века - это сочинение француза Де Плансо о событиях происходивших в Европе в 18 веке.

Вампирами или упырями на Востоке, Бруколаками в Mopeе, Катаканами на Цейлоне, называлось выходцы из того мира, которые, как живые люди, ходили, говорили, посещали дома и приносили вред. животным и людям, высасывали из них кровь и даже иногда причиняли им смерть. Прекратить их посещение можно было только следующим образом: должно было вырыть труп покойника, проткнуть
его колом, отрубить голову и вырвать сердце. Те, которые умирали от высасывания им крови, делились в свою очередь также вампирами. Французские и голландские журналы за 1693 и 1694 год упоминают о вампирах, появившихся в России и Польше. Тогда же было высказано мнение, что вампиры появляются между полуднем и полуночью и сосут кровь живых людей с такой жадностью, что она потом течет у них из рота, ноздрей и ушей. Иногда находили даже, что трупы их плавали в свежей крови.

Говорили, что вампиры всегда голодны и поедают все, что им попадется, даже платье и белье; что по ночам они приходят к своим родственникам и высасывают из них кровь, хватая при этом их за горло, чтобы заглушить крик. Таким образом они уничтожают всех членов своего семействами даже всех жителей своей деревни (в городах вампиризм не встречается), если их происхождения не будут остановлены вышеуказанным способом, т.е. обезглавливанием трупа и т.д. Трупы вампиров отличаются тем, что они никогда не окоченевают и при обезглавливания из них вытекает много крови, которую многие смешивали с мукой и из этого теста пекли хлеба, считая эти хлеба верным средством против нападения вторых вампиров.

Вот рассказы о вампирах: Де—Вассимон, посланный Лотарингским Герцогом Леопольдом I в Моравию, уверяет, как говорит Кальме, что в этой стране вампиры появляются довольно часто, являются к своим знакомым, садятся за стол, не говоря ни слова и делают кому-нибудь из присутствующих знаки головой, после чего тот через несколько дней непременно умирает. Все это рассказывал Вассимону один старый священник, прибавляя, что сам был очевидец многих подобных случаев. Моравское духовенство обращалось по этому поводу к папе, но не получило ни какого ответа, так как папа
смотрел на это дело, как на плод их воображения. Тогда стали вырывать тела подозреваемых в вампиризме покойников и сжигать их или уничтожать каким-либо другим образом. С тех пор вампиры стали появляться все реже и реже. Фердинанд Шерц написал об этих появлениях вампиров небольшое сочинение Magia postuma, изданное в Ольмюце в 1706 году. В сочинении этом рассказывается
следующий случай.

В одной деревне умерла женщина, предварительно исповедовавшись и причастившись; но через четыре дня после ее смерти жители услышали на кладбище сильный шум и с тех пор стало появляться привидение то в образе собаки, то в образе человека. Оно терзало людей, сдавливало им горло, жало и ломало их, так что они становились бледными; худыми и слабыми. Животные подвергались такой же участи и повсюду слышались жалобное ржание, мычание и крики. Бедствие это продолжалось несколько месяцев и кончилось только тогда, когда тело женщины-вампира было предано сожжение.

Автор Magia postuma повествует ещё более странные рассказы о вампирах. Один пастух из деревни Блоу, близ города Кадама в Богемии, стал последним своей смерти и мучает своих односельчан. Те, кого он называл по имени, умирали не позже, как через воскресенье, после этого рокового призыва. Вампир этот навел такой ужас на жителей Блоу, что они вырыли его тело и проткнули колом насквозь, но он не обратил на это ни малейшего внимания и, раскрывая до ушей свой огромный рот, смеялся им в лицо и благодарил за то, что ему дали палку от собак. Однако, они его зарыли, надеясь, что он оставит их в покое. На следующую ночь вампир явился снова и был злее, чем когда-нибудь; но тут его схватили и отдали в руки палача, который, положив его на дроги, повез за город, чтобы сжечь. По дороге труп болтал ногами и руками, вытаращив глаза и рычал, как сумасшедший. Когда его проткнули еще несколькими кольями, то он начал яростно кричать и из него потекла ярко красная кровь. Затем его сожгли и таким образом прекратили его прогулки.

В 1725 году один солдата из пограничной венгерской стражи, сидя за ужином со своими хозяевами, увидев входящего незнакомого человека, который сел за стол возле хозяина. Этот последний очень испугался, как и все присутствовавшие. Солдат не понимал в чем дело, а стеснялся обратиться к кому-нибудь с вопросом. Но так как хозяин умер на другой день, то солдат приписал эту внезапную смерть появлению незнакомца, что и подтвердили все домашние, рассказав, что человек явившийся накануне, был отец хозяина дома, умерший десять лет тому назад. Эта история эта дошла до начальства, которое назначило капитана Графа Кабрера навести справки по этому делу.

Графъ Кабрера в сопровождении врача, аудитора и нескольких офицеров, отправился на место происшествия, навел справки и убедился из показаний хозяев того дома и жителей деревни, что все сказанное было справедливо. На основании этого, могила выходца была разрыта и труп его, оказавшийся совершенно свежим и нисколько не окоченевшим, обезглавлен. Потом разрыли могилу еще одного, подозреваемого в вампиризме субъекта, умершего тридцать лет тому назад и являвшегося в продолжении этого времени три раза в свой дом во время обеда. В первый раз он высосал кровь у своего родного брата, во второй раз у сына, а в третий у слуги. Все трое умерли почти неожиданно. Когда разрыли могилу старого вампира, то нашли, что кровь его была жидкой и труп свежей, как и у других. Ему вонзили большой гвоздь в голову и потом положили обратно в могилу. Граф Кабрера приказал сжечь третьего вампира, который умер шесть лет тому назад и который, высосав кровь, причинил смерть двум своим сыновьям. После этого страна успокоилась. Из всего предыдущего видно, что вообще, когда вырывают вампиров, тела их представляются свежими, гибкими и хорошо сохранившимися. Но, не смотря на все видимые улики в вампиризме, трупы подозреваемых не подвергались процессу сожжения без судебного следствия. Обычно, вызывали и расспрашивали свидетелей и изследовали со вниманием трупы, и если во время следствия все подтверждало, что подозреваемый действительно вампир, то его отдавали палачу для сожжения.

Иногда случалось, что вампир продолжал показываться в продолжении трех или четырех дней после того, как тело его было обращено в пепел. Лиц, подозреваемых в отношениях с духами, очень часто оставляли некоторое время без погребения. Если трупы не подвергались гниению, то их сжигали. Уверяли, что платье и все принадлежавшие покойникам вещи могли двигаться произвольно. Автор Magia postumа говорит, что в Ольмюце, в концы семнадцатого века видели, как один вампир, не будучи еще похоронен, бросал камни в соседей и сильно их беспокоил. Кальм рассказывает, что в селах, страдающих от вампиризма, на кладбищах осматривают могилы и находя на некоторых из них два или три отверстия величиной в палец, разрывают их и всегда оказывается, что трупы, в них заключенные, отличаются всеми признаками, по которым узнается вампир.

Ученый бенедиктинец пытается понять, возможно-ли предположить, чтобы вышеупомянутые отверстия могли служить достаточными проводниками воздуха и таким образом способствовать поддержанию жизни в теле вампира. Он замечает справедливо, что мысль эта, основанная на фактах весьма сомнительной достоверности, не заслуживает серьезного внимания. Тот же писатель, говоря о вампиризме в Венгрии, приводит письмо де-Лиля. Он долго жил в этом государстве и был хорошо знаком с помянутым вопросом. Вот что говорит де-Лиль: «Случается, что некоторые личности начинают
без всякой видимой причины теряют силы, худеют, страдают полным отсутствием аппетита и чрез восемь, десять или иногда пятнадцать дней умирают от истощения. Подобные случаи приписываются в Венгрии вампирам, которые будто бы высасывают из заболевшего субъекта кровь. Субъекты же, которые подвергаются этому изнуряющему недугу, страдают обыкновенно разстройством умственных способностей и им кажется, что за ними повсюду следует белое привидение.

ЧИТАТЬ  Титулованные вампиры - император Тиберий и писец Нуб-Ит

Когда мы стояли в Валахии, двое из солдат дивизиона, в котором я служил, умерли от этой болезни, многие заболели; но были спасены, благодаря следующему средство, которое в этой стране считается самым могущественным против вампиризма. Вот это средство: «Выбирают мальчика, сажают его без седла верхом на вороную без отметин лошадь и отправляются с ним на кладбище, где водят лошадь по могилам. Если случится, что на какой-нибудь из могил лошадь заупрямится и не захочет, не смотря на удары, идти дальше, то решают, что в могиле этой лежит вампир. Ее разрывают и находят полностью сохранившийся труп, который обезглавливают ударом топора, причем вытекает большее количество ярко-красной крови; так, по крайней мере, воображают присутствующие. Затем, вампира кладут назад в могилу и засыпают землей, а больные выздоравливают и силы их мало по малу восстанавливаются... »

Греки называют своих вампиров бруколаками. Они воображают, что люди, умершие без покаяния, делаются вампирами, что трупы их подвергаются тлению, что они встают из своих могил и являются как днем так и ночью и что встречаются с ними очень опасно. Леон Аллаций, писатель шестнадцатого столетия, рассказывает, что жители острова Xioca отвечают только тогда, когда их позовешь два раза, на том основаны, что, по их мысли, вампиры, или бруколаки могут их звать только один раз, и если отозваться на этот зов, то умрешь через несколько дней. В Богемии и Моравии существует то же самое поверие. Чтобы избавиться от рокового влияния бруколаков, греки сжигают их трупы, прочитав над ними известные молитвы; после сожжения вампир перестает беспокоит жителей своими посещенными.

Рико, путешествовавший по Востоку в семнадцатом столетии, добавляет, что турки так же боятся вампиров, как и Греки. Один человек, лишенный причастия за какое-то преступление, совершенное им в Морее, умер и был погребен в уединенном месте на неосвященной земле. Вскоре жители были приведены в ужас страшными видениями, приписываемыми этому несчастному. Так продолжалось дело несколько лет. Наконец, могила его была разрыта и тело найдено полностью. сохранившимся, но распухшим и с сильно вздутыми жилами от высосанной им крови. Покойник был признан за бруколака и поэтому решили разрубить его на части и ссорит в вине, как обычно делалось в таких случаях. Но родственники его упросили отложить на время эту операцию и обратились к Константинопольскому патpиapxy с просьбой о разрешении покойника от совершенного им большого греха. Между тем труп перенесли в церковь и читали над ним молитвы. Однажды утром в гробе послышался шум, похожий на звук взрыва; крышу сняли и увидели, что труп разложился, как и следует спустя семь лет по погребению. Потом узнали, что разложение совершилось именно в тот момент, когда патриарх произнес разрешение от грехов. Греки и Турки верят, что бруколаки встают по ночам, ходят, едят, пьют и т. п. Они уверяют, что тела вампиров оказываются всегда полностью сохранившимися, что жилы их вздуты и наполнены ярко-красной кровью, которая при уколе вытекает в изобилии; это мнение так распространено в народе, что на эту тему рассказываются истории со всевозможными вариациями.

Обычай сжигать тела вампиров очень древний и существовал в многих странах. Вильгельм Нубриг рассказывает, что в его время (он жил в двенадцатом веке в Англии являлось привидение одного давно умершего человека, который приходил к своим родственникам, к жене и детям. Чтобы он не причинил какого-нибудь вреда, нужно было поднимать страшнейший шум. Привидение являлось иногда и днем. Линкольнский епископ созвал собор для обсуждения, как поступит в данном случае. Сообщено было, что подобные явления вовсе не редкость в Англии и что единственным верным средством считалось всегда сожжение трупа. Но епископ нашел это средство неприемлемым и поступил иначе. Он написал разрешение от грехов, которое и было положено в гроб на тело покойника. После этого привидение перестало появляться. Тот же автор замечает, что подобные случаи появления покойников были в то время очень часты в Англии. Что касается мнения, что вампиры спрашивают, как живые люди, то оно существует очень давно и во многих странах. У Германцев было поверить, что покойники жуют, как свиньи и что легко можно слышат, как они рычат в своих могилах. Филипп Герий в семнадцатом веке и Михаил Роффт в начале восемнадцатого писали даже размышления на эту тему. Упоминая о существующем у Германцев поверии, будто бы покойники пожирают не только надетое на них белье. Но даже собственное тело, писатели прибавляют, что в Германии есть обычай насыпать порядочную кучу земли под подбородок мертвеца и ложит ему в рот серебряную монету и камень, а также туго стягивать горло платьями. Они указывают на случаи caмопожирания покойников.

Заслуживает удивления тот факт, что ученые находят нечто сверхъестественное в таких легко объяснимых явлениях. В ночь после похорон графа Генриха Сальм, в церкви, где он был похоронен, послышался шум, который немцы приписали, вероятно, потому, что покойник жует что-нибудь в своей могиле. На следующий день могила была разрыта и покойник найден лежащим лицом вниз, между тем как его похоронили в обычном положении. Очевидно, что он был похоронен живой. Таким же образом можно объяснить случай с одной женщиной, произошедший, как пишет Роффт, в Богемии в 1345 году. Женщина эта съела половину своего саванна, как это оказалось, когда могила была разрыта. В последнем столетии нечто подобное произошло на одном из кладбищ. Там ночью послышался шум и когда на следующее утро разрыли могилу, откуда этот шум раздавался, то нашли, что покойник изгрыз себе руку. Здесь оказалось, что несчастный опился, был принят за мертвого и похоронен живым. В Аугсбурге одна девочка упала в такой глубокий летаргический сон, что была сочтена умершей. Ее положила в склеп; но не засыпали землей; в непродолжительном времени в гробнице послышался шум, но никто на это не обратил внимания. Через два или три года умер еще кто-то, из того же семейства. По этому поводу, склеп открыли и нашли тело несчастной девочки вне гроба. Очевидно было, что она старалась сдвинуть камень; на одной руке ее не оказалось пальца; Вероятно, она изгрызла его в порыве отчаяния.

Турнфор рассказывает, как на острове Микопе вырывали при нем в 1701 году одного бруколака. «При жизни это был угрюмый и неуступчивый крестьянин он был убит неизвестно кем и найден в поле. Его похоронили, но через два дня стали ходить слухи, что покойника видели ночью, что он есть в доме, производит там различные бесчинства, переворачивает мебель, тушит лампы и т. д. Сперва все эти слухи возбуждали смех. Но потом дело приняло второй оборот, так как самые серьезные люди стали жаловаться на бесцеремонного покойника. Само духовенство не отрицало факта. Между тем выходец из того мира продолжал делать свое дело. Собрался совет, состоявший из духовенства и властей и постановил ждать до истечения девятидневного срока после погребения. На десятый день в часовне, где был отпеваем покойник, отслужили панихиду для изгнания беса из тела усопшего. Затем, тело было вынуто из могилы. После чего его вскрыли и вынули сердце. Собравшаяся толпа отнеслась к этой мере очень сочувственно. Вот трупа был уже такой сильный запах, что принуждены были курящим ладаном во все продолжение операции, что, впрочем, не принесло ни малейшей пользы, а напротив, запах стал еще невыносимее. Все это привело присутствующих в какое-то возбужденное состояние и воображение их стало рисовать им небывалые вещи. Все уверяли, что из тела идет густой дым. Я не решился сказать, замечает Турнфор, что это был дым ладана. В церкви и на площади раздавались крики: бруколак, бруколак!

ЧИТАТЬ  Вампиры на Руси

Многие утверждали, что из трупа течет совершенно красная кровь; другие клялись, что он еще совсем теплый, и, на основании этого, произносили проклятия на покойника, который, очевидно, был в отношениях с дьяволом и т. д. Гробовщики уверяют тело было гибко и тепло и тогда, когда они его клали в могилу. Тоже подтвердили люди, принесшие убитого с поля. Из чего заключили, что он бруколак. На основании всех этих умозаключений решили предать вынутое сердце спалению. Однако, эта мера не помогла. Покойник продолжал посещать по ночам жилища, бить хозяев, рвать их белье и опоражнивать бутылки. Казалось, что его мучает неутолимая жажда. Да странствовал он он из дома в дом и только один консул, у которого мы остановились, был избавлен почему-то от ночных визитов. Жители были в ужасном смятении, целые семейства покидали свои жилища и переселялись с пожитками на площадь, другие совсем выехали из города. Стали толковать, что церемония вырытия и вскрытия трупа не была совершена по всем правилам, а именно, что панихиду нужно было отслужить после вскрытия, а не наоборот, на том основании, что тогда уж наверняка захватили бы дьявола и перемешали бы ему возвратиться в тело покойника. Горожане ходили с процессиями по улицам в течение трех дней и трех ночей, заставляли священников поститься, делали засады и поймали нескольких бродяг, которые, наверное, принимали участие во всех беспорядках. Но их выпустили слишком рано и два дня спустя, для того чтобы вознаградить себя за тюремный пост, они стали опять опустошать бутылки в покинутых хозяевами домах. И так должны были снова прибегнуть к панихидам.

Однажды утром во время произнесения известных молитв над могилой покойника, которого вырывали, по заявлению первого встречного, по три и по четыре раза в день, в могилу эту воткнули несколько обнаженных шпаг, при чем один альбанец объявил докторальным тоном; что в подобном случае странно употребляют шпаги христиан. «Разве вы не видите, что эфесс шпаг, составляя с рукояткой крест, препятствует дьяволу выйти из трупа! Как вам не пришло в голову, что тут нужно было взять турецкие шабли?» Однако и этот способ не помог и покойник, не смотря на сабли мусульман, продолжал свои происхождения, так что, наконец, решили совсем сжечь труп. Для чего приготовили смоляной костер на берегу острова св. Георгия и труп был сожжен 1-го января 1701 года. С тех пор замолкли разговоры о брусколаке. Все согласились, что дьяволу на этот раз хорошо досталось и чтобы поднять его на смех, сочинили на его счет различные комические песни». «Жители Архипелага, прибавляет Турнфор, убеждены, что дьявол вселяется только в греков. Жители острова Сантонина боятся вампиров так, как и Миконцы, которые, хотя и избавились от своего бруколака, но потом сильно побаивались того, что Турки с одной стороны, a apxиepeй Тинский с другой, будут преследовать их за вырывание и сожжение трупа. Ни один священник не согласился присутствовать при вышеупомянутой операции, боясь, что архиерей наложит за это известный штраф. Что же касается Турок, то они при первом случае заставили миконскую общину дорого поплатится за кровь несчастного выходца с того света, так что подозреваемые бруколак был во всех отношениях предметом ужаса и отвращения для своих соотечественников».

В 1773 году было напечатано небольшое сочинение под заглавием: Рассказы о вампирах, с философской и христианской точки зрения, Жана Христофа Геренберга. Автор упоминает, между прочим, о привидении, которое явилось ему среди бела дня; он утверждает, что вампиры ничуть не способствуют смерти людей и что все указания на подобные случаи можно отнести к области вымыслов, и доказывает многими примерами, что воображение может произвести известные расстройства в организме. Он упоминает, что в Эсклавонии было в обыкновении сажать убийц на кол и протыкать им сердце. Этот же способ наказания был применяем и к вампирам, на которых смотрели тоже, как на убийц и кровопийцев. Геренберг описывает несколько случаев казны такого рода; один относится к 1337, второй к 1347 и т. д., он упоминает о существующем, поверьи, будто мертвые грызут что попало в своих могилах и старается доказать, что это поверье существовало очень давно, как видно из сочинений Тертуллиана, именно из его «О воскресении мертвых», и из VII книги «Царства Божия» Августина. Что же касается к трупам, которые будто бы сохраняются не подвергаясь тлению и у которых растут ногти и волосы, то, анализируя уважительно все эти случаи, мы видимъ, что три четверти изъ ихъ суть явления вполне, объяснимые; да и остальные тоже могли бы быть отнесены к той же категории. Все мыслящие люди хорошо знают, насколько необразованная масса и даже некоторые историки способны преувеличивать факты и видеть в нии что-то особенное и сверхъестественное; между тем, как их можно объяснит очень просто. Так, например, известно, что некоторые пласты земли имеют свойство предохранять тело от разложения.

В Тулузе показывают еще и теперь в склепе одной церкви несколько трупов, находящихся так около двух веков и не представляющих ни малейших признаков разложения. Одеты они в те же платья, в
которых были погребены и кажутся живыми, Тем более, что их разместили в стоячем положении вдоль стен. То, что трупы, схороненные на очень незначительном разстоянии, по ту сторону склепа, подвергаются, через два, три дня после погребения, последующему разложению. Что же касается волос и ногтей, то они продолжают расти еще некоторое время после смерти у многих покойников. Это можно объяснить присутствием в трупе достаточного количества жизненных соков. Точно также и крик, который, как говорят, издают вампиры, когда их протыкают колом, может быть объяснен вполне естественно, именно, как звук, происходящий от струи выгоняемого из грудной полости воздуха; часто случается, что покойники издают звук даже и тогда, когда, труп их не подвергается действию ни какой посторонней силы.

Вот еще случай, который может объяснить некоторые черты вампиризма. Мы приводим его в таком виде, в каком он появился на страницах многих английских журналов, особенно журнала, Sun за 22 мая 1802 года. В начале апреля 1802 года Александр Андерсон, шедший из Эльгина в Глазго, почувствовал себя нехорошо и зашел на ферму, находившуюся на его пути, чтобы там отдохнуть немного. Неизвестно, был ли он пьян или же просто боялся, чтобы его не увидели и не прогнали, только он забрел под сарай и там улегся, прикрылся соломой и заснул. К его несчастью, на то место, где он лежал, навалили во время его сна большую кучу соломы. Только через пять недель несчастный был найден в самом плачевном состоянии. Его тело походило на ужасный скелет; ноги не двигались;
умственные способности были полностью расстроены. Солома, прилегавшая к его телу, была измельченная в порошок, а лежавшая вокруг головы и на лице казалось жеванной. Когда его вытащили из этой странной могилы, то пульс его был слаб учащен, кожа влажная и холодная, глаза неподвижны и широко раскрыты, взор лишен выражения. Ему влили в рот немного вина, он мало-помалу пришел в себя и рассказал, что после его ощущения было сознание, что на него наваливают что-то тяжелое, после чего он впал в беспамятство и в этом состоянии оставался пять недель, что происходило, вероятно, от отсутствия достаточного количества воздуха и от запаха соломы. Дышал он, конечно, с большим трудом и поддерживал жизнь ничтожным количеством питательного вещества, извлекая его из соломы, которую он жевал инстинктивно. Человек этот жив, может быть и теперь еще. Если бы помянутый случай произошел в стране зараженной идеями о вампиризме, то, принимая в соображение странные обстоятельства, в которых он находился, его растерянный взор, ужасный вид и т. д., его бы, конечно, сожгли, не дав ему прийти в себя и одним вампиром стало бы больше.

Автор сочинения господин Де Плансо. 1877 год.

Поделиться
Похожие записи
Комментарии:
Комментариев еще нет. Будь первым!
Имя
Укажите своё имя и фамилию
E-mail
Без СПАМа, обещаем
Текст сообщения
Отправляя данную форму, вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности и правилами нашего сайта.

Adblock
detector